Если у мамы был опыт РПП: как спокойно кормить ребёнка и где искать поддержку

Если вы сами проходили через трудности с едой или проходите через них сейчас, кормление ребёнка может поднимать много чувств. Тревогу, что это «передастся». Привычку следить за каждой тарелкой. Страх сказать что-то не то. Эта статья не про вину. Она про то, что известно, на что вы можете влиять и где найти опору для себя.

Передаётся ли РПП ребёнку?

Честный ответ: прямой линии «у мамы было, значит, будет и у ребёнка» нет. На то, как ребёнок ест, влияет многое: темперамент, сенсорная чувствительность, здоровье пищеварения, неприятный опыт (например, эпизод, когда ребёнок поперхнулся), атмосфера за столом. Опыт РПП у родителя исследователи рассматривают как один из факторов, но это не приговор.

Например, учёные изучают, как связаны стиль кормления у мам, их собственный опыт РПП и симптомы избегающего/ограничительного расстройства приёма пищи (ARFID) у детей 2–10 лет (исследование). Такие работы помогают понять, где у семьи есть возможности. Но важно помнить: связь не равна причине. Бывает и так, что тревожный стиль кормления появляется в ответ на то, что ребёнку уже трудно с едой, а не наоборот.

Ребенок плохо ест: избирательность или ARFID?

Многие дети дошкольного возраста едят избирательно: настороженно относятся к новому, неделями хотят одно и то же, отказываются от «перемешанного». Часто это нормальный этап развития, который со временем мягчает.

ARFID – отдельное состояние, которое выделили в классификации DSM-5 (Fisher et al., 2014). Оно не связано со стремлением изменить тело и не объясняется культурой, религией или другим заболеванием. Обычно описывают три проявления, которые могут сочетаться:

• сильное отвращение к текстуре, запаху или вкусу еды;
• страх неприятных последствий: тошноты, боли, удушья;
• слабый интерес к еде, когда ребёнок словно «забывает» поесть.

Отличить одно от другого по статье нельзя, это задача врача. Сейчас разрабатываются короткие опросники, которые помогут педиатрам раньше замечать ARFID у дошкольников (шведская работа). Пока это препринт, то есть исследование ещё не прошло рецензирование.

Как разделить роли за столом

Во многих семьях помогает подход разделения ответственности. Его суть простая: взрослый решает, что, когда и где предложить. Ребёнок решает, будет ли он есть и сколько.

Как это может выглядеть:

• Предсказуемый ритм: еда и перекусы примерно в одно и то же время, а между ними пауза, чтобы успел появиться аппетит.
• На столе всегда есть хотя бы одно блюдо, которое ребёнок обычно ест, рядом с общей семейной едой.
• Без уговоров, торга и «ещё одной ложечки». Без десерта в награду. Давление часто усиливает отказ, даже если сначала кажется, что работает.
• Можно потрогать, понюхать, лизнуть, отложить. Знакомство с новой едой – тоже шаг.
• О еде можно говорить через вкус, цвет, хруст, тепло: «хрустит», «пахнет яблоком», «тёплое, как суп у бабушки».

Если ребенок отказывается есть настолько, что это влияет на здоровье, или у него уже есть ARFID, подход обычно подстраивают вместе со специалистами. В обзоре стратегий питания при ARFID у детей подчёркивается, что план нужен индивидуальный, а изменения вводятся постепенно (обзор).

Как замечать свои триггеры

Ваш опыт не мешает вам быть тёплым и чутким родителем. Но совместная еда может задевать старые темы, и это нормально. Попробуйте понаблюдать:

• что поднимается внутри, когда ребёнок отказывается от еды или, наоборот, просит добавку;
• появляется ли желание контролировать его тарелку или, наоборот, избегать общих трапез;
• приходят ли мысли о теле, своём или ребёнка;
• как вы реагируете на комментарии родственников о том, «как он ест».

Когда вы это замечаете, можно сделать паузу, вдохнуть и вернуться к своей роли: «Я предложила, дальше решает ребёнок». В трудные дни помогает договорённость с партнёром или близким, кто ведёт трапезу.

Ещё одна мягкая опора: не обсуждать дома тела и вес, ни свои, ни чужие. В исследовании с подростками разговоры родителей о весе были связаны с более частыми нарушениями пищевого поведения, чем разговоры о еде и самочувствии без упоминания веса (Berge et al., 2013). Это наблюдательная работа, и прямых выводов о причинах она не даёт, но направление понятное: еда может быть про вкус, заботу и время вместе.

Где искать поддержку для себя

Психологическая поддержка семьи – это не роскошь и не признак того, что вы «не справляетесь». Это часть заботы. Варианты, которые можно рассмотреть:

• собственная работа с психологом или психотерапевтом, особенно если симптомы РПП возвращаются или усиливаются;
• консультация специалиста по детскому кормлению;
• семейные консультации, где участвует и партнёр;
• группы поддержки для родителей;
• близкие люди, которые могут взять на себя часть трапез.

Когда вы получаете помощь для себя, у вас появляется больше ресурса, чтобы оставаться спокойной рядом с ребёнком. Это забота о вас обоих.

Когда обратиться к специалисту

Стоит обсудить ситуацию с педиатром или специалистом по кормлению, если вы замечаете:

• педиатр говорит, что ребёнок отклоняется от своей кривой роста и развития;
• список продуктов, которые ребёнок ест, постепенно сужается;
• после эпизода поперхивания или рвоты появился страх еды;
• ребёнок часто давится, у него выраженный рвотный рефлекс или ему трудно жевать;
• частые боли в животе, запоры, вздутие или жидкий стул: у таких жалоб бывают причины со стороны пищеварения, например целиакия, и их проверяет врач;
• вялость, быстрая утомляемость;
• трудности с едой мешают садику, школе, походам в гости;
• каждая трапеза превращается в напряжение для всей семьи.

И отдельно: если тяжело вам самой. Ваше состояние важно не меньше, чем тарелка ребёнка. В центре «Сорока» можно обсудить и питание ребёнка, и вашу собственную историю с едой. Специалисты помогут разобраться, что происходит, и вместе подобрать шаги, которые подходят именно вашей семье.